Прот. Александр Новопашин
Слово «гуру» (учитель) сегодня известно всем, смысл его, думаю,
понятен. Оно пришли к нам из некоторых восточных религий, в частности
индуизма.В отдельных восточных религиозных конфессиях прямо дают понять, что если у адепта нет гуру, значит он ноль без палочки, и никаких духовных высот ему не достигнуть – пропадет. В этом смысле восточные религии некоторым образом напоминают тоталитарные секты, лидеры которых возводят себя в ранг гуру. Так, в одной из кришнаитских книг написано, как ученик должен относиться к своему учителю. Повергнувшись перед ним ниц, он произносит следующие слова: «Ты – это мое духовное солнце, а я – ничтожная искра Твоего сияния; Ты – мой Господь, а я – Твой слуга навечно. Нектар Твоих лотосных стоп опьяняет все мои чувства, и я полагаюсь лишь на беспредельную сладость Твоего Святого Имени. Что я, падший, могу сказать по своему собственному разумению? Я здесь лишь для того, чтобы исполнять Твою волю. Я испытываю великое удовлетворение, произнося слова, которые Ты вложишь мне в уста. При этом я даже не буду задумываться над тем, правильны они или нет».
Если религия (в ее подлинном смысле) характеризуется стремлением к связи с Богом, то в секте все начинается с лидера и им же заканчивается, все зацикливается на нем. Никакой связи с Богом (каким сектанты его себе представляют) помимо лидера в секте нет и быть не может. Такую роль играет гуру почти в каждой секте.
К большому сожалению, приходится признать, что гуруизм периодически проявляет себя и в Православной Церкви. Здесь гуруистические настроения обусловлены появлением так называемых младостарцев (возраст не имеет значения, младостарцы могут быть как молодыми, так и пожилыми людьми), мнения которых для их последователей становятся важнее, чем слова Священноначалия, чем голос Самой Церкви.
Так на приходах образуются группы, по сути напоминающие секту, которую возглавляет человек, пораженный язвой гордости, желанием властвовать на людьми или просто сумасшедший, которому необходима медицинская помощь. В любом случае гуруизм в Церкви – это явление несомненно демоническое, управляемое сатаной.
Покойный ныне Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II очень серьезно относился к этой проблеме. Он говорил: «Некоторые клирики нашей Церкви, сохраняя на словах преданность своему Священноначалию, ведут себя как раскольники, претендуя на роль неких «старцев». Критикуя Священноначалие, они, в отличие от духоносных отцов прошлого и настоящего, критикой пытаются привлечь к себе внимание и таким образом создать себе авторитет. Как правило, непременным и единственным условием спасения они объявляют полнейшее подчинение себе тех, кто прибегает к их руководству, превращая их в неких роботов, не могущих без благословения такого «старца» совершить любое дело, каким бы незначительным оно ни было. Человек, таким образом, лишается той благодатной свободы воли, которая ему дарована Богом. Для подтверждения своей правоты они неправомочно используют ссылки на творения святых отцов, профанируя их великое делание и извращая само понятие старчества… Отдельные же современные «старцы» (а вернее их будет называть «младостарцами»), не обладая духовным рассуждением, налагают на воцерковляющихся неудобоносимые бремена (Лк. 11; 46), применяют в своей пастырской деятельности штампы, губительные для духовной жизни, необоснованно применяют к мирянам, по большей части духовно еще не окрепшим, формы духовного руководства, уместные только в монашестве».
К сожалению, такие священнослужители, искажая древнюю монастырскую практику, начинают заниматься духовничеством по своему произволу, требуют себе беспрекословного послушания. По словам святителя Игнатия Брянчанинова, такое «старчество» есть «душепагубное актерство и печальнейшая комедия», суть которого «самообольщение и бесовская прелесть».
Гуруизм – это отступление от христианской жизни, прямое неповиновение апостолам, которые учат: «Пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием, но подавая пример стаду» (1 Пет.5; 2-3). И слова святителя Игнатия Брянчанинова – «И ты, наставник, охранись от начинания греховного! Не замени для души, к тебе прибегшей, собою Бога» – тем более ничего для них не значат. И нет в них страха Божиего, хотя знают Его суровое предупреждение: «а кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской» (Мф. 18; 6).
Гуруизм – это искажение православного взгляда на спасение. Это искажение самого Православия. «Православный» гуру может превосходно знать ход службы, благоговейно цитировать Евангелие, бесконечно ссылаться на богодухновенные труды святых отцов, но делать это он будет не во славу Святой Церкви, не на Её благо и не во спасение души христианской, а в свою пользу. Он как бы заслоняет собой Христа. О чем бы он ни говорил, он все извращает, все превращается в ложь. «Послушание выше поста и молитвы», «Православие или смерть» – в их устах эти святые истины духовно выхолащиваются, превращаются в грубые установки к действию, за которыми нет высокой духовности, а только мрак бесовский.
Агрессивное неприятие ИНН, штрих-кода, биометрических данных, чипов, которые якобы будут вживлять под кожу, и которые будут являть собой число зверя – все это и многое другое порождение гуруизма. Хотя у самих младостарцев есть и новые паспорта, и идентификационный номер налогоплательщика, и шрих-коды их не пугают. Некоторые псевдопастыри заводят своих чад в такие дебри оккультизма, откуда потом также трудно выбраться, как и из самой что ни на есть деструктивной тоталитарной секты. Начинаться может с «безопасных» для души гомеопатии и восточных псевдомедицинских практик (иглоукалывание), йоги, а заканчиваться примирением христианства с астрологией или экстрасенсорикой, которые якобы имеют рациональное зерно и которые «неверно рассматривать только негативно».
Еще одна сторона гуруизма – почитание людей сомнительной жизни как святых. С благословления «православных» гуру пишутся иконы Георгия Распутина, Царя Иоанна Грозного. Говорят, уже написана икона рок-певца Игоря Талькова. Тальков – человек-то, может, и хороший, но не святой. Появляются разговоры о том, что уже и Сталина нужно канонизировать. Ко мне приходил мужчина, который пытался очень агрессивно убедить меня, что Иван Грозный – действительный святой. На мой аргумент, что Иваном IV были убиты многие тысячи людей, этот человек возразил, что в синодике у него записано всего 5000 человек – только предателей. Я его поправил, что эти пять тысяч – из дворянского сословия, а те, безвестные смерды, которых никто и не считал, что, все – предатели? У него, говорю, семь жен было! Ответ обескуражил: «Так венчанных только три!»
Есть и такие «старцы», которые якобы заботясь о спасении души своих духовных чад, благословляют их бросать работу, оставлять квартиры, дома и «спасаться» вдали от цивилизации – в тайге, в болотах. Сами же они, если находятся в здравом уме, за своими духовными чадами не следуют. Сегодня мы уже знаем о «самарских отшельниках», «пензинских затворниках», о религиозной общине в сибирском поселке Гореловка, в болотах Томской области. Об этом писали газеты, говорили на ТВ. А сколько еще подобных случаев, о которых никому не известно?
Иной раз приходится слышать: «Ну, со старцами-то всё ясно, они либо в прелести, либо «себе на уме», знают, что делают. Но люди-то, люди-то куда смотрят?!» Хороший вопрос.
Дело в том, что изначально бесовской прелестью могут быть опутаны прихожане, пребывающие в бесконечном поиске духоносных старцев. Нужно ли говорить, что таких людей – духоносных старцев – единицы, однако при большом желании, как говорится, их можно «отыскать» внутри каждого прихода. Хорошо, если священник сразу определит нездоровый духовный настрой таких прихожан и вразумит. Но ведь может и сам попасть на крючок, возомнив себя таким старцем, и пойти на поводу у духовно поврежденных людей. То есть и сам духовно повредится, станет марионеткой врага рода человеческого.
Страницы: 1 2
