Иоанн Кронштадтский и Матрона Московская – пастырь и преемница
При каких же обстоятельствах произошла эта встреча?
Некоторые люди, воспринимающие мир с позиций примитивно понятого христианства, воображают святую Матрону даже в младые лета непримиримой и грозной. Дескать, она могла проникать в мысли и души людей, предвидеть будущее, поэтому с детства обращалась с окружающими, как строгая мать с неразумными детьми: кого-то стращала, кому-то пеняла, а кому-то и грозила карами да наказаниями. Думаю, при несомненном понимании своей избранности, «странности», раннем осознании возложенной на неё Богом особенной миссии, Матронушка могла и с подружками поиграть, и посмеяться, и к маме приласкаться. А в юности она начала испытывать жгучий интерес к окружающему миру, чистое и свежее любопытство к его устройству, свойственное всякому молодому неиспорченному существу. Матрона очень полюбила поездки с дочерью местного помещика Янькова (того самого, которому советовала позже: скорее всё продавай и уезжай за границу! Да он, на свою беду, не послушался и остался гол как сокол), благочестивой и доброй девицей Лидией Яньковой в паломничества: в Киево-Печерскую лавру, Троице-Сергиеву лавру, другие города и святые места России. Бывали молодые путешественницы и в Петербурге.
Что значили слова отца Иоанна для Матроны, почему встреча именно с ним
имела такое огромное значение для неё? Кем был Иоанн Кронштадтский для
России и для всего мира тогда и кем является сейчас?
«В 1989 году Русская Православная Церковь прибавила к сонму русских святых имя протоиерея Иоанна Сергиева, пастыря Кронштадтского. Для Церкви этот акт был лишь официальным закреплением того, что представлялось несомненным большинству православных ещё при жизни отца Иоанна. Только условиями времени можно объяснить затянувшуюся канонизацию «народного батюшки», — пишут А.В. Ефремов и С.М. Сергеев в книге «Великие духовные пастыри России». Однако не только то, что авторы статьи называют «условиями времени», имея в виду правившую Россией богоборческую власть, препятствовало более ранней канонизации этого святого.
Он не стал монахом и миссионером, но Господь услышал его молитвы. 10 декабря 1855 г. в соборе Петра и Павла в Санкт-Петербурге отец Иоанн был посвящен во диаконы, а через день, 12 декабря, хиротонисан во иерея к Андреевскому собору Кронштадта, в котором и прослужил 53 года, до самой своей смерти: с 1875 г. — протоиереем, c 1894-го — настоятелем Андреевского собора, c 1898 г. — митрофорным протоиереем. Всю дальнейшую жизнь отец Иоанн прожил в Кронштадте. Его фамилия – Сергиев — вскоре забылась — все называли его «Кронштадтский», да и сам он нередко так подписывался. Иоанн обвенчался с Елизаветой Несвицкой, дочерью протоиерея Андреевского собора Константина Несвицкого, которого Иоанн заменил после кончины последнего. Детей Иоанн и Елизавета не имели, так как, согласно «Краткому житию» Иоанна Кронштадтского в официальном издании Московского Патриархата, супруги «приняли на себя подвиг девства», то есть жили в миру по монашеским правилам. Супруги воспитывали, как своих, двух дочерей покойной сестры Елизаветы Константиновны. Брак Иоанна и Елизаветы поначалу нельзя было назвать счастливым. Через пять лет супружества им было послано тяжёлое испытание: Елизавета Константиновна стала отходить от веры. Запись в дневнике отца Иоанна от 1883 г. свидетельствует, что его «домашние» не говели даже на первой неделе Великого поста и выказывали «неуважение к постановлениям церковным». Однако отец Иоанн относился к жене с терпением, кротостью и любовью, как и подобает по брачному завету «да прилепится одна душа к другой». Он писал: «Нужно любить всякого человека и в грехе его и в позоре его. Не нужно смешивать человека — этот образ Божий — со злом, которое в нём. (…) Смотри на всякого человека, домашний он или чужой, как на всегдашнюю новость в мире Божием, как на величайшее чудо Божией премудрости и благости, и привычка твоя к нему да не послужит для тебя поводом к пренебрежению его. Почитай и люби его, как себя, постоянно, неизменно. Что такое души человеческие? Это одна и та же душа, или одно и то же дыхание Божие, которое вдохнул Бог в Адама, которое от Адама и доселе распространяется на весь род человеческий. Все люди поэтому всё равно, что один человек, или одно великое древо человечества».
Вот и Матронушка к своим родным братьям Михаилу и Ивану, всю жизнь причинявшим ей беды и обиды, относилась с теми же чувствами, что и праведный Иоанн к своим близким: за всю жизнь не сказала им ни слова упрёка. Да и к другим, обижавшим и гнавшим её, никогда не испытывала недобрых чувств, жалела всех.
Страницы: 1 2 3
Наталья Лясковская
Многие события и факты в биографиях праведного Иоанна Кронштадтского и блаженной Матроны Московской удивительным
образом перекликаются. Их мысли и рассуждения во многом созвучны, хотя
встретились они в жизни лишь один-единственный раз. Встреча имела
огромное значение для обоих: отец Иоанн разглядел в слепой девочке
будущую святую, к которой будут прибегать сотни тысяч верующих и
получать скорую и благодатную помощь, а для Матроны его слова стали
пастырским напутствием духовной преемнице.
Некоторые люди, воспринимающие мир с позиций примитивно понятого христианства, воображают святую Матрону даже в младые лета непримиримой и грозной. Дескать, она могла проникать в мысли и души людей, предвидеть будущее, поэтому с детства обращалась с окружающими, как строгая мать с неразумными детьми: кого-то стращала, кому-то пеняла, а кому-то и грозила карами да наказаниями. Думаю, при несомненном понимании своей избранности, «странности», раннем осознании возложенной на неё Богом особенной миссии, Матронушка могла и с подружками поиграть, и посмеяться, и к маме приласкаться. А в юности она начала испытывать жгучий интерес к окружающему миру, чистое и свежее любопытство к его устройству, свойственное всякому молодому неиспорченному существу. Матрона очень полюбила поездки с дочерью местного помещика Янькова (того самого, которому советовала позже: скорее всё продавай и уезжай за границу! Да он, на свою беду, не послушался и остался гол как сокол), благочестивой и доброй девицей Лидией Яньковой в паломничества: в Киево-Печерскую лавру, Троице-Сергиеву лавру, другие города и святые места России. Бывали молодые путешественницы и в Петербурге.
В
одно из посещений тогдашней столицы Государства Российского, в
Андреевском соборе Кронштадта произошло чрезвычайно важное событие,
настолько важное, что оно отображено на одном из клейм большой иконы
святой блаженной Матроны Московской — её встреча с великим
проповедником, святым праведным Иоанном Кронштадтским.
Она запечатлена и в кондаке шестом акафиста святой блаженной Матроне Московской:
«Проповедник святости и праведности жития твоего, блаженная,
явися святый отец Иоанн Кронштадтский, повелевая верующим людям в храме
расступитися и пропустити к нему юную отроковицу Матрону, именуя ю смену
свою и осьмый столп России. И прославиша Господа слышавшии о сем,
возглашающе Ему небесную песнь: Аллилуиа!»
Что значили слова отца Иоанна для Матроны, почему встреча именно с ним
имела такое огромное значение для неё? Кем был Иоанн Кронштадтский для
России и для всего мира тогда и кем является сейчас?«В 1989 году Русская Православная Церковь прибавила к сонму русских святых имя протоиерея Иоанна Сергиева, пастыря Кронштадтского. Для Церкви этот акт был лишь официальным закреплением того, что представлялось несомненным большинству православных ещё при жизни отца Иоанна. Только условиями времени можно объяснить затянувшуюся канонизацию «народного батюшки», — пишут А.В. Ефремов и С.М. Сергеев в книге «Великие духовные пастыри России». Однако не только то, что авторы статьи называют «условиями времени», имея в виду правившую Россией богоборческую власть, препятствовало более ранней канонизации этого святого.
Отношение
к Иоанну Кронштадтскому его современников было далеко не однозначным,
также как и отношение в наши дни к святой Матроне Московской.
В чём же был виноват отец Иоанн? Видимо, в слишком сильной любви народной к своему пастырю — «народному батюшке».
Уже в Духовной академии он много размышлял о смысле Голгофской
Жертвы, мечтал о монашестве и о миссионерской деятельности в Китае,
Северной Сибири и Америке. «Прочитав Библию с Евангелием и многие
творения святителя Иоанна Златоуста, святителя Филарета Московского и
других церковных витий, я почувствовал особенное влечение к званию
священника и стал молить Господа, чтобы Он сподобил меня благодати
священства и пастырства словесных овец», — вспоминал позднее отец Иоанн.
Миссия священнослужителя представлялась ему чрезвычайно важной и
ответственной: «Какое высокое достоинство, честь, счастье — молиться за
людей, за это драгоценное стяжание и достояние Божие! С какою радостию,
бодростию, усердием, любовию надо молиться Богу — Отцу человеков о людях
Его!»Он не стал монахом и миссионером, но Господь услышал его молитвы. 10 декабря 1855 г. в соборе Петра и Павла в Санкт-Петербурге отец Иоанн был посвящен во диаконы, а через день, 12 декабря, хиротонисан во иерея к Андреевскому собору Кронштадта, в котором и прослужил 53 года, до самой своей смерти: с 1875 г. — протоиереем, c 1894-го — настоятелем Андреевского собора, c 1898 г. — митрофорным протоиереем. Всю дальнейшую жизнь отец Иоанн прожил в Кронштадте. Его фамилия – Сергиев — вскоре забылась — все называли его «Кронштадтский», да и сам он нередко так подписывался. Иоанн обвенчался с Елизаветой Несвицкой, дочерью протоиерея Андреевского собора Константина Несвицкого, которого Иоанн заменил после кончины последнего. Детей Иоанн и Елизавета не имели, так как, согласно «Краткому житию» Иоанна Кронштадтского в официальном издании Московского Патриархата, супруги «приняли на себя подвиг девства», то есть жили в миру по монашеским правилам. Супруги воспитывали, как своих, двух дочерей покойной сестры Елизаветы Константиновны. Брак Иоанна и Елизаветы поначалу нельзя было назвать счастливым. Через пять лет супружества им было послано тяжёлое испытание: Елизавета Константиновна стала отходить от веры. Запись в дневнике отца Иоанна от 1883 г. свидетельствует, что его «домашние» не говели даже на первой неделе Великого поста и выказывали «неуважение к постановлениям церковным». Однако отец Иоанн относился к жене с терпением, кротостью и любовью, как и подобает по брачному завету «да прилепится одна душа к другой». Он писал: «Нужно любить всякого человека и в грехе его и в позоре его. Не нужно смешивать человека — этот образ Божий — со злом, которое в нём. (…) Смотри на всякого человека, домашний он или чужой, как на всегдашнюю новость в мире Божием, как на величайшее чудо Божией премудрости и благости, и привычка твоя к нему да не послужит для тебя поводом к пренебрежению его. Почитай и люби его, как себя, постоянно, неизменно. Что такое души человеческие? Это одна и та же душа, или одно и то же дыхание Божие, которое вдохнул Бог в Адама, которое от Адама и доселе распространяется на весь род человеческий. Все люди поэтому всё равно, что один человек, или одно великое древо человечества».
Вот и Матронушка к своим родным братьям Михаилу и Ивану, всю жизнь причинявшим ей беды и обиды, относилась с теми же чувствами, что и праведный Иоанн к своим близким: за всю жизнь не сказала им ни слова упрёка. Да и к другим, обижавшим и гнавшим её, никогда не испытывала недобрых чувств, жалела всех.
Страницы: 1 2 3
