Прот. Григорій Дьяченко († 1903 г.)
О десятой заповѣди закона Божія, запрещающей нечистыя мысли и желанія.
I. Въ день преподобнаго и богоноснаго отца нашего Саввы освященнаго, который проводилъ жизнь святую и былъ такъ внимателенъ къ своему духовному состоянію, что каждую мысль свою, каждое желаніе и каждое чувство и малѣешее движеніе своего сердца подвергалъ тщательному самоосужденію,
дабы не погрѣшить предъ Господомъ не только дѣломъ или словомъ, но и мыслію, умѣстно будетъ, братіе мои, поразмыслить о томъ: съ такою ли осторожностію мы относимся къ своимъ мыслямъ и желаніямъ своего сердца, съ какою относился преподобный Савва «освященный», и не допускаемъ ли мы грѣховъ, прямо и ясно запрещаемыхъ десятою заповѣдью закона Божія.
II. а) Десятая заповѣдь, запрещающая нечистыя мысли и желанія, служитъ, бр. мои, дополненіемъ всѣхъ остальныхъ. Она объясняетъ намъ, что Богъ требуетъ отъ насъ не только внѣшней добродѣтели, но и внутренней чистоты; Онъ требуетъ отъ насъ жертву нашей воли, отъ которой происходятъ дурные поступки. Человѣческіе законы могутъ запретить только преступленія, видимыя на глазъ; человѣческія же мысли внѣ ихъ власти.
Сердце падшаго человѣка похоже на галлерею нечистыхъ представленій, подобную той, которую съ ужасомъ увидѣлъ пророкъ Іезекіиль. Но все окутано для насъ непроницаемой тьмой. Это скрыто отъ чужого глаза въ таинственной глубинѣ личности, которая въ каждомъ изъ насъ образуетъ какъ бы островъ, окруженный несудоходнымъ моремъ. Никто не можетъ ни взойти на него, ни подойти къ нему. Одинъ святой Законодатель можетъ превратить это обиталище и источникъ нечистыхъ желаній, эту мерзость въ очахъ Господа, въ Свое святилище. Одинъ Господь можетъ изречь законъ, запрещающій не только проступокъ, но и пожеланіе сердца.
б) Десятая заповѣдь учитъ насъ, что Богъ требуетъ повиновенія, не только наружнаго въ обрядахъ, но и сердечнаго.
Соломонъ говоритъ о лицемѣрѣ: «каковы мысли въ душѣ его, таковъ и онъ» (Притч. XXIII, 7). «Господь знаетъ мысли человѣческія» (Пс. ХСІІІ, 11). «Господь испытуетъ всѣ сердца и знаетъ всѣ движенія мыслей» (1 Пар. XXVIII, 9).
Фарисеи учили людей довольствоваться внѣшней чистотой чаши и блюда. Но этотъ законъ, требующій внутренняго чистосердечія, могъ бы научить ихъ тому, что для Бога эти внѣшніе обряды просто омерзительны, когда ими замѣняютъ правосудіе, смиреніе, любовь. Даже язычники признавали, что Богу угодно только послушаніе самаго сердца. Ихъ философы учили:
«Нечестіе и несправедливость находятся въ помыслахъ» (Аристотель).
«Человѣкъ, задумавшій преступленіе, виноватъ такъ же, какъ и совершнвшій его» (Ювеналъ)
«Завистливый взглядъ на чужую собственность подобенъ хищенію» (Ксенократъ).
в) Эта заповѣдь предупредительно благодѣтельна; она милостиво предназначена, чтобы спасти насъ отъ ошибокъ. Ея цѣль не стращать насъ, а воспитать. Подобно проблеску изъ вѣчности, она открываетъ намъ, гдѣ и какъ должны мы достигнуть единственной цѣли нашей жизни. Она говоритъ намъ, подобно пророку, сказавшему Іерусалиму: «смой злое съ сердца твоего, Іерусалимъ, чтобы спастись тебѣ: доколѣ будутъ гнѣздиться въ тебѣ злочестивыя мысли?» (Іер. IV, 14). А Соломонъ говоритъ: «больше всего хранимаго храни сердце твое, потому что изъ него источники жизни» (Притч. IV, 23). Да, вотъ гдѣ затрудненіе: легко быть внѣшнимъ образомъ почтеннымъ, легко придерживаться буквы закона, — но повиноваться всѣмъ сердцемъ, всѣмъ умомъ, всей силой, вполнѣ, безъ всякаго ограниченія въ пользу любимаго грѣха, придерживаться св. закона Божія постоянно, во время своенравнаго отрочества, пламеннаго юношества, подверженной искушеніямъ возмужалости, разочарованнаго возраста — кто изъ насъ такой честный и совершенный человѣкъ?
г) Эта заповѣдь показываетъ намъ, что нельзя вылѣчить ни одной болѣзни, не устранивъ причины ея.
Можетъ ли загрязненный источникъ доставлять чистую воду? Даетъ ли испорченное дерево хорошіе плоды?
Ахъ, братіе-христіане, сыны православной церкви, нужно бросить цѣлительную соль въ журчащій ключъ, а то рѣки, вытекающія изъ него, будутъ полны смертоноснымъ ядомъ. Нужно вырыть корни испорченнаго дерева, а не только отщипнуть его бутоны и срѣзать его вѣтки.
Когда мы бросаемъ застарѣлые грѣхи, то совершаемъ великій подвигъ, но этого еще не достаточно. Мы должны бросить не только самый грѣхъ, но и всякое поползновеніе. къ нему. Если мы въ глубинѣ своего сердца продолжаемъ любить грѣхъ, то мы не преобразились. Мы должны сдѣлаться мертвыми для грѣха. Св. ап. Павелъ подразумѣвалъ это, когда, мучимый тоской собственнаго опыта, онъ говорилъ, что мы должны совершить обрѣзаніе надъ самимъ сердцемъ; что мы должны распять плоть нашу съ ея страстями и вожделѣніями; что мы должны умертвить дѣянія нашего тѣла, умертвить члены наши на землѣ, нечестивыя желанія, алчность — подобіе идолопоклонства, такъ какъ за всѣ эти дѣла на сыновъ непокорныхъ возстанетъ гнѣвъ Божій. Вотъ необходимо какое обрѣзаніе и вотъ какіе дурные порывы должны быть изгнаны изъ насъ духомъ І. Христа. Вожделѣніе плоти, развращенность нашихъ тѣлесныхъ желаній, — сладострастіе глазъ, тщеславныя желанія и страсти ума, — хвастовство въ жизни, наше поклоненіе маммонѣ, наше себялюбіе, наша надменность, наше пустое тщеславіе — вотъ что необходимо искоренить (Рим. II, 29. Дѣян. VII, 51).
Мы должны поднять сѣкиру этой заповѣди на самые корни упомянутыхъ пороковъ, т. е. на нечистыя желанія, нашего сердца. Св. пророкъ и боговидецъ Моисей такъ же говоритъ намъ, какъ и І. Христосъ, что пока не отсѣчемъ ихъ и не бросимъ, мы не преобразимся и не спасемся (Мѳ. XVIII, 8).
д) Быть можетъ, вы думаете: «что худо-то въ одномъ желаніи? Что можетъ быть дурного въ неосязаемой мысли?» Отвѣтъ двоякій. Во-первыхъ, это неосязаемое желаніе, какъ вы говорите, имѣетъ для Бога большое значеніе. Его видятъ и слышатъ на небесахъ, и на небесахъ мы должны искать прощенія. Во-вторыхъ, когда лелѣешь порочную мысль, то она становится плодовитой матерью всѣхъ грѣховъ — это яйцо, изъ котораго вылупляется ехидна. Грѣховные помыслы предвѣстники грѣховныхъ дѣлъ. Грѣшное любопытство, скрытое подъ образомъ невиннаго ребенка, останавливается на границахъ искушенія и раскрываетъ двери къ грѣху; когда оно достигаетъ своей цѣли, то преображается въ огромнаго великана передъ тайнымъ, робкимъ, краснѣющимъ вѣроотступникомъ и раскрываетъ двери ко множеству случаевъ нравственныхъ паденій.
Какой грѣхъ въ одномъ, напримѣръ, нечистомъ взглядѣ, желаніи и помыслѣ? Но, вѣдь, они вовсе не такъ безвинны. Отъ этихъ горькихъ корней берутъ свой сокъ и свое питаніе виноградныя лозы Содома и грозды Гоморры. Нечестивый взглядъ Давида на Вирсавію (2 Цар. XI, 3), когда онъ прогуливался по дворцовой кровлѣ, — грѣшные помыслы Ахара (Нав. «VII, 21) утаить цѣнныя вещи (одежду, серебро и золото), — грѣшныя желанія Ахава (3 Дар. XXI) завладѣть виноградникомъ Навуѳея — развѣ они не были причиной многихъ золъ? Во-первыхъ, вожделѣніе повело къ прелюбодѣянію; во-вторыхъ — къ кражѣ, въ-третьихъ — къ убійству.
Единственный способъ освободиться отъ грѣха, это послѣдовать увѣщанію святого апостола Іакова: «очистите руки, грѣшники, исправьте сердца, двоедушные» (Іак. IV, 8).
Мы не должны допускать и мысли, что Богъ въ этой заповѣди назначилъ намъ неисполнимую задачу. Намъ не особенно трудно устоять противъ дурныхъ началъ, всею силою воли заглушить первые зачатки ихъ наклонностей. Когда же они облекутся въ дѣло, то ихъ не такъ легко побѣдить.
Страницы: 1 2
